более бледным, щеки заросли щетиной, глаза стали
  излучать странный лихорадочный блеск.
   Беспрерывная эксплуатация дала себя знать: на семнадцатый день в
  двигателе "Кермадека" обнаружились неполадки, пришлось отменить
  погружение. Профессор Тадокоро, запершись в офицерском салоне, погрузился
  в вороха свежих данных. Онодэра, борясь с вялостью всего тела, вместе с
  механиками "Такацуки" угрюмо и молча ремонтировал "Кермадек".
   Наконец на девятнадцатый день с небольшим опозданием прибыло инженерное
  судно специального назначения "Есино". На "Такацуки" поднялся радостный
  крик, когда над горизонтом показались три радарные мачты и огромная
  параболическая антенна космической связи "Есино". На его низкой корме по
  обеим сторонам ангара, в котором обычно держали гидросамолеты, на рельсах
  стояли большие подъемные краны, из-под кормы виднелись манипуляторы. Краны
  с легкостью могли поднять на корму подхваченный буксирным канатом
  "Кермадек" и так же без труда спустить его в воду. Это сулило значительное
  облегчение работ.
   На "Есино" прибыл Катаока, маленький, по-мальчишески круглолицый, почти
  коричневый от загара молодой человек с очень блестящими глазами.
   - Извините, задержались! - сияя улыбкой, сказал Катаока в микрофон с
  капитанского мостика. - Немедленно приступим к перегрузке. Здесь и
  Наката-сан и Куниэда-сан. Скоро на связном самолете прилетит и
  Ямадзаки-сан. Вы ведь намерены здесь провести совещание?
   Когда собирались