рез комнату, шмякнулся о стену рядом с Ямадзаки. Толчки
  на этот раз были гораздо сильнее. Теперь трещало и гудело все здание, с
  потолка валились куски бетона. Ямадзаки почувствовал, что дыбится пол.
  Свалимся, почти равнодушно подумал он. Если семиэтажное здание, на шестом
  этаже которого ты находишься, рухнет, на спасение надежды нет. Вместе с
  кусками бетона тебя сбросит на землю...
   Оконные рамы раскачивались с протяжным металлическим скрежетом, потом
  Ямадзаки увидел, что они медленно отделяются от оконного проема. Смерть...
  - холодно подумал он краешком сознания. Как глупо... жизнь-то у меня была
  совсем никчемная...
   Грохот стал постепенно утихать. Пол накренился градусов на семь, в
  полутьме комнаты висело густое облако пыли. Когда Ямадзаки попытался
  выползти из-под стола, что-то преградило ему путь. Оказалось, что стол
  накрыл рухнувший кусок потолка.
   В падающем из оконного проема свете комната являла собой жуткое
  зрелище. Сквозь взвешенную в воздухе пыль виднелись потрескавшиеся стены,
  на потолке зияла дыра, на полу валялись огромные куски неизвестно откуда
  взявшегося бетона, все шкафы, полки и столы превратились в груду обломков.
  Практически комнаты не было - кругом царил первобытный хаос. Словно в
  пещере, где произошел обвал... Даже каким-то чудом уцелевшие предметы
  вдруг предстали в грубой и беспомощной наготе: исчезла изящная оболочка,
  приятная глазу окраска, облицовка, полировка.
   - Ясукава... - хрипло позвал Ямадзаки.