й майке. Большеглазые толстогубые лица, словно пух
  одуванчика, обрамляли мелко вьющиеся волосы. У самого старшего, с
  серебристым нимбом и бородой, на ляжках и груди синела татуировка.
  Коренастый мужчина, сняв замасленную фуражку, поклонился и нерешительно
  остановился у двери. Трое канаков топтались на месте, улыбаясь и
  раскачивая длинными руками.
   - Господин Ямамото с траулера "Суйтэн-мару", спасшего канакских
  рыбаков. Господин Ямамото немного говорит по-канакски, и мы попросили его
  помочь нам объясниться с канаками. Эти рыбаки, жители острова Уракас,
  оказались жертвами катастрофы.
   - Расскажите, пожалуйста, как все произошло, - профессор Тадокоро
  жестом предложил вошедшим сесть. - Наверное, вы рассказываете уже не в
  первый раз, но повторите, пожалуйста, для нас.
   - Э-э, - потупив глаза и даже не попытавшись сесть на предложенный
  стул, начал сиплым голосом человек, которого назвали Ямамото. - Я не
  очень-то говорю по-канакски. Так, самую малость. Я... это... еще до войны
  побывал на Сайпане, Парао, Яве, Ангауле - отец работал в тамошних местах.
  Ну, а я-то парнишкой еще был в то время, так что не слишком обучился. Но
  они кое-как понимают по-английски, а дед немного даже по-японски.
   - Кончива, - поздоровался по-японски канак с татуировкой, величественно
  кивнув головой и сморщив в улыбке и без того морщинистое лицо.
   - Здравствуйте, здравствуйте, - с неожиданной приветливостью отозвался
  профессор Тадокоро