голубело совершенно ясное осеннее небо. Город
  постепенно оживал, начинал двигаться. Бульдозеры расчищали завалы.
  Тянулась вереница грузовиков, должно быть, они везли медикаменты для
  оказания первой помощи пострадавшим. Навстречу им шли грузовики и автобусы
  сил самообороны, полные людьми, наконец-то обретшими "ноги", чтобы
  добраться домой... Да, японцы привыкли к бедствиям, пробормотал про себя
  Онодэра, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. Один немец,
  посетивший Японию в последние годы сегуната и бывший свидетелем большого
  пожара в Эдо, писал: "...Люди, у которых дома сгорели дотла, не предаются
  горю, они почти веселы; стучат молотками, сооружая себе новые жилища, а
  кругом еще догорает огонь пожара..."
   Но на этот раз масштабы бедствия слишком велики. Как поведут себя люди,
  когда пройдет первая, "традиционная" реакция, когда станут известны
  истинные размеры несчастья и во весь рост встанут огромные проблемы
  восстановления... И сколько это будет длиться... Да к тому же, если
  случится еще что-нибудь...
   - Правительственное сообщение... - сказал слушавший приемник Юкинага. -
  Число погибших предположительно превышает два миллиона человек... Общая
  сумма ущерба, по-видимому, составит более десяти триллионов иен...
   - А это что такое? - спросил Онодэра, глядя вниз на высотные здания, с
  которых время от времени падали какие-то сверкающие предметы.
   - Оконные стекла. Они продолжают падать и после землетрясения...