якорь, видно, оторвался от дна, ну траулер и унесло".
  А помощник капитана отвечает, что все равно за какой-нибудь час течение не
  может так далеко унести. И упрямо так настаивает на своем. Ну, пока мы
  спорили, вдруг вахтенный - чудак такой, совесть его мучила, словно бы
  остров по его вине пропал, - как заорет с мачты: "Человек за бортом!" Мы
  глянули - чуть ли не у самого корабля несколько человек плывут, кричат
  что-то. Ну, ясное дело, взяли мы их. Вот эти трое...
   - Так, - профессор Тадокоро глубоко вздохнул. - Значит, они в ту ночь
  были на этом острове?
   - Совершенно верно. Но когда мы вытащили их из воды, они были очень
  напуганы. Мы ничего не могли от них добиться. Потом кое-как выяснили, что
  к чему. Накануне порыбачили они и стали раздумывать, не повернуть ли к
  острову Муко еще немного порыбачить, а тут налетел шквальный ветер и
  разорвал их и без того дырявый парус. Лодку понесло на север. Подналегли
  они на весла и вошли в залив этого самого острова. Починили парус и решили
  заночевать. На самом высоком месте острова устроились. А пока они спали,
  остров-то и затонул. Образовалась воронка - все же остров затонул, а не
  что-нибудь, - каноэ затянуло и унесло. А эти бедняги очутились в воде.
  Страху натерпелись - ни острова нет, ни лодки, одна чернота кругом. Все
  призывали на помощь какого-то своего бога. Но повезло им все-таки,
  продержались до рассвета, а тут и мы.
   - Простите, что опять перебиваю вас. Вы тогда измерили глубину?