Подавленные и мрачные, они накатывали
  волна за волной в гнетущем молчании... Люди шли с плакатами: "Требуем
  жилищ!", "Каменные громады - народу!", "Пострадавшим - зимнее
  вспомоществование!". Их серые окаменевшие от холода лица внушали
  неодолимую тревогу.
   Может быть, они что-то подспудно ощущают, подумал Онодэра. Он знал, что
  японский народ обладает обостренной чувствительностью. Да, ущерб от
  землетрясения действительно огромен, но Япония - экономически мощная
  страна, и через несколько лет все станет на место, как заявляет
  правительство... Но в души людей стало закрадываться какое-то недоброе
  предчувствие, что на свете что-то не так, что происходит нечто, не должное
  происходить. И такие настроения чувствовались во всем обществе.
   Этому способствовали и газеты, писавшие в своей излюбленной
  предостерегающе-пророческой манере. Обычно люди пропускали мимо ушей
  громогласные, порой сбивавшиеся на откровенно грубую брань
  "предостережения" газет. В эпоху переизбытка всякого рода информации люди
  обрели эмоциональный иммунитет против "громких заголовков" и считали, что
  такова уж природа журналистики. Как бы газеты ни изобиловали мрачными,
  полными яда статьями, народ умел отмахнуться от истеричной прессы, если
  интуитивно чувствовал, что "на свете" в общем все в порядке, больше этого,
  приобрел способность кожей чувствовать то, что на самом деле кроется в
  запутанном клубке информации.
   Нет,