авился еще боковой
  снос. Онодэра потратил целых две минуты, чтобы выровнять батискаф.
  Аккумулятор почти сел. В корпусе звоном отдавались ультразвуковые сигналы
  эхолота "Есино". Переключив телефон на УДВ, Онодэра вызвал командный
  пункт.
   - Постарайтесь нас поймать! Возможно, мы выпрыгнем из воды.
   - Понял. Беспрерывно следим за вами. Не меняйте направления. Задним
  ходом идем к месту предполагаемого всплытия.
   - Как на море? Погода?
   - Качает. Высота волн превышает полтора метра, ветер северо-западный,
  смотри, как бы тебя не укачало! Поймаем вас под водой, на десятиметровой
  глубине.
   Когда оставалось уже сто пятьдесят метров, из бака с поврежденным
  клапаном вышел весь бензин. Чтобы сохранить равновесие, Онодэра выпустил
  бензин и из двух других баков. Скорость всплытия упала до сорока метров в
  минуту. Оставалось только одно: используя инерционную скорость в три с
  половиной узла и выбросив остатки воздуха, регулировать всплытие. Начало
  сказываться волнение на поверхности - "Кермадек" стал подпрыгивать и
  раскачиваться.
   - Держитесь крепче! - крикнул Онодэра.
   Операторы "Есино", словно волшебники, ловко поймали батискаф. На
  двенадцатиметровой глубине его поджидали два водолаза на подводном
  скутере. С помощью магнитного якоря они прикрепили к корпусу буксирный
  канат и подсоединили телефонный кабель. Выбросив остатки воздуха и
  маневрируя рулем, Онодэра погасил скорость всплытия. На глубине пяти
  метров