стенка. На гондолу давила водная масса в несколько
  сот тысяч тонн. Казалось, броня-скорлупка рассыплется, как сухое печенье,
  сжатое в кулаке гиганта. Что-то едва скрипнуло, и Юкинага испуганно
  оглянулся.
   - Ничего особенного, - словно догадавшись о его состоянии, успокоил
  Онодэра. - Это детали крепления от понижения температуры, только и всего.
  Включить обогреватель?
   - Нет, - сказал профессор Тадокоро. - Вот-вот будет дно.
   - Глубина пять тысяч семьсот... - Онодэра взглянул на пьезометр. - А до
  дна...
   Звуковая волна с резким шумом выстрелила вниз. Эхо тут же вернулось.
   - ...тысяча девятьсот пятьдесят. Дно ровное.
   Живые существа почти совсем исчезли. Лишь изредка в свете прожектора
  уплывали вдаль тени длинных похожих на угрей призраков. Это были
  глубоководные медузы или моллюски, обладающие прямо-таки поразительной
  приспособляемостью.
   Но стоило выключить прожекторы, как сразу наступала кромешная тьма,
  источенная редкими звездочками микроскопических светящихся организмов.
  Температура воды упала до одного и восьми десятых градуса. Температура в
  гондоле - до тринадцати градусов. Хронометр показывал, что с момента
  погружения прошло час сорок две минуты.
   - Семь тысяч метров.
   - А это? - прошептал Юкинага. - Скат, что ли?
   За левым иллюминатором, там, куда едва проникал свет прожекторов,
  медленно проплыло нечто похожее на гигантское полотнище ткани.
   - Не может быть, - хрипло пробормотал профессор Тадокоро. -