ля"? Или может, "Иванушек"?!
   - Как тебя зовут?! - не дождавшись ответа на первый вопрос, Муха сдаваться не собирался.
   Представился сам и полностью - имя, отчество, фамилия. Чувствовал, что с каждой секундой выглядит все более странно и глупо. И от этого еще больше волновался.
   А ее взгляд оставался вопрошающим.
   - Ты, наверное, тоже на "Рок-альтернативу"?! А почему одна?! Я вообще-то тоже один! Друзья укатили без меня! Ты, наверное, тоже с подругами разминулась. Это обычное дело на этих фестивалях. Тут потом фиг друг друга найдешь в этой толпе... Может, вместе пойдем искать, а?! Твоих и моих! Или вообще - не нужно их! А?!
   Ему еще многое нужно было сказать ей. Старики с телегами замолчали, прислушиваясь к его странным речам. Может, даже решили, что он обкурился. Старики всех молодых считают наркоманами.
   Они не такие, конечно, были. Они в поездах не знакомились. И наркотиков не употребляли.
   Мухе было на них наплевать. Ему на все сейчас было наплевать. Главное - чтобы она прислушалась, заинтересовалась.
   Ему много нужно было сказать ей. О том, как долго он искал такую, как она. Сколько ее фотографий хранится у него дома! То есть не ее, конечно, но такой же, как она, хорошей девушки с темными глазами. Одри Тоту, фильм "Амели"...
   - Смотрела, наверное?! Я, конечно, не такой дурак, чтобы в актрису влюбляться, тут важен характер...
   Музыки было не слышно даже вблизи - значит, негромко включена, должна она слышать, что он говорит. Непременно должна.
   А что она там в самом деле слушает? Может, рок-н-ролл? А может, сладкую муру, типа Орбакайте с Киркором? Или... Или воздушный парижский вальсок Яна Тирсена...
   Пам-пам-па-рам-па...
   За окном мелькали грязные придорожные кусты... По параллельной шоссейке тащились куда-то машины.
   А девчонка снова стрельнула глазами. Кажется, заинтересовалась.
   Старперы на следующей остановке стали готовить