их политических вождей.
   Ельцин, Кириенко, Черномырдин, генералы Трошев, Казанцев, Пуликовский.
   Бах! Попала. Бах! Еще раз попала.
   У нее получалось лучше всех. И она гордилась этим.
   А не нравились ей занятия по рукопашному бою.
   Когда становились в пары, ей всегда доставалась Белка. И Айшат было жалко причинять Белке боль. Но инструктор по кличке Беркут строго следил.
   - Чего бьешь вполсилы? Думаешь, если мент тебя в Москве в метро прихватит, он тебя жалеть будет? А ну бей, как следует! Бей, говорю! Иначе засыпешься, сорвешь операцию, и сама зазря пропадешь, и в рай не попадешь!
   Вряд ли Беркут верил в рай. Вряд ли... Но приходилось слушаться, и она била что есть силы.
   Лучше было, когда тренировались на манекенах. Манекены были одеты в форму столичной милиции. И девушки от всей души лупили податливых ментов ногами в пах и без жалости швыряли их через спины на землю, ударом ноги добивая в пластмассовую голову, жутко при этом крича:
   - Кийя! Кийя! Кийя!.
   На втором практическом занятии Белке оторвало кисть руки.
   Задание было самым простым. Каждой курсантке выдали по двухсотграммовой тротиловой шашке, детонатору и куску огнепроводного шнура. Отрабатывали огневой способ. Самый первый и самый простой.
   Сперва у столов специальным ножом каждый приготовил огнепроводную трубку. Один срез прямой - этим концом в детонатор, другой срез косой - к нему приставится спичка....
   Ливиец осмотрел у всех, кивнул, продолжайте, мол...
   Потом подошли на огневой рубеж. Каждая из девушек к своей ямке. Снарядили заряды. Ливиец скомандовал:
   - Зажигай!
   Айшат чиркнула коробком по прижатой большим пальцем спичке. Шнур начал куриться.
   - Клади! - скомандовал Ливиец.
   Девушки стали класть заряды в ямы. Каждый в свою. Отходить без команды и тем более отбегать было нельзя. У Белки что-то не заладилось...
   - Все ждем, никто не нервничает,