А кунаки Пашку цивилизованно вывели во двор и отпустили восвояси, несмотря на то что он успел им всем нахамить и пригрозить скорой расправой.
   А потом Пашка опять пил. Методично, день за днем. Теперь уже на своей квартире. Теткину он кое-как сумел привести в порядок, заплатив из карманных одной знакомой девице. Та и помогла прибраться.
   Мать чаще всего где-то пропадала - то дела решала, с ее парикмахерским бизнесом связанные, то с бандюком ненаглядным развлекалась. Появлялась эпизодически, порицала сына за нездоровый образ жизни, но что она могла сделать?! Запретить ему пить?! Слава богу - ему уже не пятнадцать лет. Здоровый лоб!
   Все, что она смогла придумать, это очистить бар от алкоголя. Но его наличных хватило на то, чтобы заполнить его заново. А потом еще раз. И еще. В один из походов в магазин Пашка поймал по дороге Муху и привел к себе. Муха не возражал - после фиаско с Евой он ходил как в воду опущенный. Ему тоже хотелось напиться, но не было денег.
   Пашка предоставил ему такую возможность. История с Евой показалась ему забавной, но вслух он выразил сочувствие.
   - Ты, блин, как Лев Толстой после свадьбы со своей Софьей!
   - А что Лев Толстой?!
   - Он два года за ней ухаживал, а после свадьбы наутро записал в своем дневнике только два слова - "Не то"!
   Неизвестный ему доселе факт из жизни великого классика несколько приободрил Муху. Приятно знать, что не ты один бывал обманут в лучших ожиданиях. Лев Толстой - это тебе не хухры-мухры. Раз такой человек на этой теме пролетел, то и Мухе вроде жаловаться не пристало!
   У Пашки целый шкаф оказался набит видеокассетами. Все там было намешано в кучу - боевики с порнухой, ужасы с комедиями. Муха выудил из шкафа фильм "Амели", о котором читал немало хорошего в киножурналах.
   - Доброе кино! - кивнул захмелевший Пашка. - "Оскара" отхватило и своеобразное, а это для французов нынче редкость - они теперь под Штаты