таты гонят фильмы. Только под финал слегка выдыхается!
   Выдохшегося финала Муха не заметил, он вообще вскоре перестал следить за сюжетными коллизиями и хитрыми режиссерскими придумками, сосредоточившись на главной героине в исполнении Одри Тоту. Темноглазая брюнетка с короткой стрижкой казалась беззащитной, но была весьма предприимчивой, когда нужно было помочь ближнему.
   Девушка была так же похожа на Шерон Стоун, как Денни Де Вито на Арнольда Шварценеггера, но произвела на Муху неизгладимое впечатление.
   Сидя перед экраном Пашкиного фирменного телека, он ощущал себя дзен-буддистом, достигшим просветления.
   Кардинальная перемена. Великий перелом. Революция! Вот что царило в душе Лехи Мухина. Прежний идеал с выдающимся бюстом и смертельно опасными намерениями померк совершенно в его глазах, стал казаться смешным и нелепым. Крах его был предопределен дурацкой историей с Евой, французский фильм нанес окончательный удар. Муха стыдился себя прежнего. Не мог понять, как он мог пленяться анекдотическим в общем-то образом убийственной блондинки.
   Митроха был прав - прежний его идеал был нелеп и смешон. Но над Амели и Митроха бы не посмел смеяться.
   - Ты мне вот что... - попросил Муха Пашку, когда фильм закончился. - Сделай одолжение, пожалуйста!
   - Я для тебя все что хочешь сделаю! - пообещал с пьяных глаз товарищ,
   Муха, впрочем, многого не требовал.
   - Ты мне это подари! - с той непринужденностью, которая бывает только между очень близкими друзьями, попросил Муха и потряс обложкой от фильма.
   - Зачем тебе кассета?! - удивился Пашка. - Видака-то у тебя вроде нет!
   - Кассета не нужна, мне коробка нужна!
   Пашка пожал плечами и кивнул.
   Муха в самом деле так и не обзавелся собственным видео. Стоило оно теперь недорого - если с рук покупать, конечно, но и таких денег у него в запасе не водилось. Да и времени на то, чтобы бегать по прокатам за новинками