к ней. Что-то спрашивает. Чего-то хочет. Руки тянет. Куда он тянет свои руки?..
   И вот снова входит в вагон Искра. Ее Тамара, ее любовь...
  `Пора, любимая, пора! Нажимай! Я жду...`
   Скажи, ты... ты веришь в любовь?..
  `Нажимай!`
   Лешка уже ничего не чувствовал, когда его голову и кисть правой руки выбросило взрывной волной в выбитое окно вздыбившейся электрички.
   Их телам не было суждено слиться в страстном единении любви. И все же на долю секунды они смешались, стали единой плотью... Взрывом превращенной в красный аэрозоль... И этим первозданным слиянием звездной пыли Айшат и Алеша были развеяны набегавшим ветром...
   ...рубиновыми капельками мертвой росы застыв на придорожной траве...
  
   Его родителям только и предъявили, что эту кисть да эту голову...
   И родители, когда эфэсбэшники привели их в зал, где на белых простынях на полу были разложены куски человеческих тел... родители опознали.
   А Лешкина душа, что вплоть до сорокового дня все летала поблизости, видела, как мамка хлопнулась без чувств. Видела и жалела ее - мамку.
   Душа Лешкина летала.
   Летала и рвалась навстречу той душе... Душе той девчонки. У которой проводки тянулись в черный рюкзачок. И чуяла его душа, что сгинет, что пропадет в черном излучении черных глаз. Чуяла - и рвалась навстречу погибели в черных глазах той девушки, имени которой он так и не узнал.
   Той девушки, которую друзья и родственники звали Айшат...
  
  ***
  
   А ее дикая душа летала, не ведая разницы между ненавистью и любовью...
  
  
  
  
  КАВКАЗСКИЕ ПЛЕННИКИ II
  У ТЕРЕКА ДВА БЕРЕГА...
  
  Дмитрий ВЕРЕСОВ
  
  
  
  
  
  Литературный ПОРТАЛ
  
  
  http://www.LitPortal.Ru
  
  Анонс
  
   Любовь не знает преград и сомнений, даже война не может разорвать связь между любящими. 1942 год. Любви юной Айшат добиваются два джигита. Один пишет ей с фронта страстные письма. Другой здесь, в ауле, обещает ей горы золотые, когда войну