а Эдиев, и они покалечили его мальчиком, а теперь, обратившись в русских комиссаров, увели его коня, его Карабуйсу.
   - А я не верю в джиннов, - сказала Айшат.
   - Ты больше дружи с этой комсомолкой Саадаевой! - Дута позволил себе даже прикрикнуть на девушку. - Не понимаешь, что говоришь. Этой, гяуркой самой крутят злые духи, как хотят, а она этого не замечает, служит им. А тебе, мусульманке, стыдно не видеть этого. Что ты можешь понимать? Ты не видела джиннов в горах? О! Молчи, девушка, молчи! Они ходят кругами вокруг нашего аула, и эти круги все сужаются. Я знаю. Дута все видел в горах. Они сделали Дуту калекой, но он научился узнавать их в любом обличий, угадывать их коварные замыслы. Слушай же, Айшат, плохие времена настают для Дойзал-Юрта. Надо уходить отсюда в горы, чтобы переждать. Там есть старые, мудрые люди. Их боятся джинны, их боится шайтан...
   - А ты думаешь, я боюсь твоих джиннов?! - закричала Айшат. - Слышал пословицу про пуганую ворону, которая куста боится? Ты, Дута, везде видишь джиннов. Утес и ива, значит, тоже джинны?
   - Тоже джинны. Очень злые джинны.
   - Что же тогда они не справились с Салманом? Что молчишь?
   Айшат вдруг овладел какой-то мальчишеский задор, ей захотелось надерзить Дуте, унизить этого калеку, осрамить его. Так иногда молодая самка не с того ни с сего накидывается на хромого калеку-самца, зло куснет и отбежит, сама удивляясь своей ярости.
   - А знаешь, Дута, - закричала девушка, - что это все вранье? Просто есть на свете лихие джигиты, а есть жалкие трусы, которые оправдывают свои неудачи джиннами. Есть Салман Бейбулатов, который совершает подвиги, защищая родную землю. От боевого крика которого трепещут сердца врагов. А есть...
   Она не договорила. Дута круто повернулся и, припадая на одну ногу, побежал к утесу.
   - Дута! Ты куда?! - крикнула Айшат, поняв, что задумал несчастный калека.
   Дута быстро ковылял к утесу. Девушка