ров. - Сейчас вам татары насыпят в штаны, тогда вместе посмеемся!
   Солдаты притихли, но Тимофей Артамонов скоро опять окликнул шагавшего впереди Власова:
   - Что же тебя твои ангелы, дядя Макар, в рекруты сдали? Не за тот ли самый палец ты пострадал?
   - Не, за другое, - ответил Власов. - Ведено мне было всем говорить, что хозяина нет дома. Я и говорил. А тут такой знатный барин подъезжает. Ну, я ему все честь по чести, как велено, мол, нет хозяина дома. А оказалось, что это сам граф Воронцов приезжал. Барыня-матушка Анна Николаевна очень разволновалась. Все не могла успокоиться. Меня вот и отправили в солдатушки.
   - Теперь уж барыня успокоилась, знамо дело, - кивнул головой посерьезневший Артамонов.
   - Жаловаться на судьбу нечего, - подытожил свой рассказ Макар Власов, - службу надо было знать. Графа Воронцова, шутка ли сказать, не узнал!
   - А ты его раньше-то видал, графа этого?
   - Не видал! Так и что из того, что не видал?! Узнать все равно был должен!
   Артамонов посмотрел на сутулую спину Макара, облепленную комарами. Хотел шлепнуть покрепче, да передумал. Смахнул кровососов и сказал:
   - Ты, дядя Макар, теперича графа Воронцова можешь забыть. А вот если ты чечена в кустах не узнаешь, тогда тебя так же у ворот встречать будут, как и ты у господских. А слыхали вы, братцы, историю про барина и мужика? Сказывать, что ли? А коли сказывать, так махорочкой угостите... Вот спасибочки!
   И замолчал. Минут пять шли молча, солдаты ждали-ждали и не выдержали:
   - Что же ты, Тимошка, не сказываешь?
   - Про чо?
   - Про чо! Да про мужика и барина.
   - Про какого такого барина? Который мужичка махоркой угостил? Так что тут сказывать, если вы это лучше меня знаете? Вон как отсыпали, от души.
   - Вот брехун! Опять всех запряг, а сам сидит - ножки свесил.
   - Да ладно, братцы! Пошутил я. Разве я вас когда обманывал? Вот история какая. Жил один барин.