рин. Хорошо жил, из мужика повытягивал жил, только вот пошло его имение с молотка, а его самого собирались в долговую яму посадить. Куда деваться? Вот встречает он мужика. Мужик идет и плачет. Барин спрашивает: "Что с тобой, мужик?" А мужик отвечает: "Горе у меня большое. Царь призывает!" Барин удивляется, мол, важный какой мужик, раз его сам царь к себе призывает. А барин был страсть какой хитрый. Хитрее всех. Думает: "Обману мужика". Говорит ему тогда: "Хочешь заместо меня барином стать?" А мужичок отвечает: "А мне какая с того корысть?" Тот ему: "Почет тебе будет и уважение. Если что не по тебе, ты тут же по морде. А еще дам тебе тысячу рублей, на черный день припасенных. Место скажу, где зарыл их. Согласен?". "Согласен", - говорит мужик. "Тогда давай меняться, ты называйся мной, а я тобой назовусь". Думал барин, как призовут его к царю, так он все милости государевы в миг получит. Так они и порешили. Назвался мужик барином, его схватили и в долговую тюрьму посадили. Назвался барин мужиком, его призвали к царю, то есть в солдаты взяли на службу царскую. Барина на кавказской войне застрелили, а мужика выпустили из тюрьмы. Он деньги откопал, да и зажил хорошо.
   - Неужто на кавказской войне барина убило? - спросил кто-то из солдат.
   - Знамо дело, на кавказской, - подтвердил Артамонов.
   - Знаю вот, что брешет, а слушать приятно, - сказал старый солдат Коростылев, подмигивая Макару Власову.
   Офицеры же ехали молча. Только уже на той стороне Терека прапорщик Ташков вдруг сказал:
   - Мне вчера пришло письмо из дома, господа. Жуковский умер...
   - Жуковский? Василий Андреевич? - переспросил капитан Азаров. - Ах, ты! Еще один русский поэт! Я ведь был знаком с Василием Андреевичем, господа. Впрочем, с Михаилом Юрьевичем тоже...
   Басаргин, словно его окликнули, вдруг повернулся к офицерам и прочитал:
   Что же, что в очах Людмилы?
   Камней ряд, кресты, могилы,
   И среди