оевал на Кавказе в составе 118-го горно-вьючного артполка 6-ой горно-пехотной дивизии, формировавшейся в 18-ом военном округе в Зальцбурге и дошедшей аж до предгорий Эльбруса. По семейным преданиям, он попал в плен или пропал без вести в конце сорок второго. А тут вдруг Софи-Катрин обнаружила не просто упоминания о некоем ефрейторе Штайнере восемнадцатого года рождения, но обнаружила ксерокопии его дневников, которые ее предполагаемый дед вел с начала сорок первого до середины сорок второго... Софи-Катрин увозила теперь эти ксерокопии своему отцу в Штутгарт.
   Отец родился перед самой войной. В тридцать восьмом. И её деда совсем не помнил. Но еще была жива ее, Софи-Катрин, бабушка, мать отца... Фрау Штайнер - бабушка Анни-Луиза Шмиттгоф-Штайнер - могла опознать почерк своего мужа, пропавшего на Восточном фронте... Поэтому Софи-Катрин и торопилась с отъездом.
  
  ***
  
   А с ее отъездом Айсет снова затосковала.
   И тут вдруг произошло какое-то чудо. Джон сам вспомнил о своей девушке, потерявшейся в русских снегах. Джон позвонил и сказал, что хочет приехать.
   Правда, при одном условии: если Айсет достанет билеты на супер ви-ай-пишную вечеринку с Элтоном Джоном, которая, по слухам, должна состояться в одном из пригородных дворцов Санкт-Петербурга.
   Джон не скрывал своей меркантильной заинтересованности. Любовь любовью, а закрытая пати с Элтоном - такой шанс пропустить нельзя, если отец у подруги человек с таким огромным влиянием, что может достать любые билеты, даже на самолет, отправляющийся на Луну.
   Джон, конечно, скотина, подумала Айсет, но билеты отцу все же заказала. А отец неожиданно не отказал. Отцу самому стало интересно, способен ли он достать два билета на концерт в тронном зале Екатерининского дворца, куда могут попасть только двести гостей... Удастся ли ему попасть в топ-двести? Это было для него вопросом престижа.
  
  ***
  
   Джон прилетел, когда с билетами уже была