раз, так и на других не хотелось уже смотреть! Чтобы они для тебя уже и не существовали...
   - Ага! - качал головой Митроха, разглядывая снимки. - Ты чего, спишь с этим журналом, что ли?! Кончай себя, Леха, накручивать! Любить надо реальных женщин, а не фотки с актрисами. Это бумага глянцевая просто - чего на нее смотреть! Твоя Шерон сейчас в своем Лос-Анджелесе или где-нибудь еще сидит безо всякого ножичка для льда и горюет из-за того, что после "Инстинкта" ролей ей никто приличных не предлагает, а все фильмы проваливаются. А ты тут слюни пускаешь!
   Муха обижался за любимую актрису и журнал забирал. Но поскольку любовь была больной темой для обоих, приятели снова и снова возвращались к ней при каждой встрече.
   - Слышь, идеалист, - допытывался Митроха, - а ты хоть раз-то с живой девчонкой пробовал, а не с картинкой?
   - Муха отмалчивался, но Митроха и так знал, что остается его друг неисправимым девственником. Случись у Мухина любовное приключение, не стал бы он утаивать такую информацию от друга. Поделился бы непременно!
   - То-то и оно! - заключал торжествующе Митроха. - Потому и живешь ты нелепыми фантазиями! Так и будешь искать идеал всю жизнь, да над журналом дрочить! Если уж переживать, то из-за настоящей женщины - хотя бы соседки по площадке! Посмотри вокруг, сколько их ходит в ожидании, а ты в фото уткнулся.
   - А сам-то?! - защищался Муха. - Кто бы, блин, говорил! Ты сам на кого жизнь тратишь?!
   - Тебе этого не понять, потому что ты не любил никогда по-настоящему и не полюбишь, как видно! - сразу начинал кипятиться Митроха. - Здесь настоящая страсть к реальному, заметь, человеку, а не персонажам не первой свежести триллеров! Ольга, конечно, надо мной иногда издевается, но это, пойми - своеобразное проявление любви. Так это надо рассматривать...
   - Очень своеобразное! - поддакивал, ухмыляясь Муха. - У маркиза де Сада что-то подобное описано!
   - Нет, это же