отоспишься.
   И закрутилась прифронтовая бюрократия. Зазвенели телефоны в штабах, помчались связные, зашуршали папками чиновники в погонах. Салман Бейбулатов? Представлен к Герою, все совершенно правильно. Начальник политотдела фронта поехал с проверкой по частям, заодно и Звезду повез в коробочке. Сам решил вручить, лично. Даже шутку уже заготовил, спеть решил:
  
   Бейбулат удалой,
   Бедна сакля твоя.
   Золотою Звездой
   Награжу я тебя...
  
   Он у нас вообще остряк. Слышали, как он на последнем банкете по случаю освобождения... Что? Чеченец? А в штабе думали, что он - дагестанец или черкес какой-нибудь. Да и не думали почти. Такое дело провернул! Целую школу Абвера в документах из разведки притащил! Когда такое было? Может, приостановить вручение? Так начальник политотдела фронта уже в пути. А где Бейбулатов? Высылать? Вообще всех чеченцев приказано без исключения. Ничего себе казус!
   Только на мгновение сбилась бюрократическая машина. Что-то в ней щелкнуло, хрустнуло. Но тут же выправилась она, опять сцепились шестеренки. Застучало, зазвонило, зашуршало... Решили Бейбулатова отправить назад, по месту службы, чтобы вручить ему высокую награду. А потом рассмотреть его дело отдельно.
   Председатель фильтрационной комиссии НКВД майор Мурадымов переправил "тринадцать" на "двенадцать" и задумался. Не понимал он, о чем там наверху думали. Дают этим националам бронь - отсылают их с фронта в Среднюю Азию дыни кушать, сладкие, сочные, ароматные... Эх! Вот он бы их так не отпустил. Собрал бы всех в одну "Дикую дивизию", дал бы им кинжалы, которые они так любят, и послал бы эту орду фронт прорывать. Сзади поставить заградотряд. И все решение национальной проблемы! Ну, а если кому повезет, в живых останется, тогда можно и в Казахстан. Четвертый год войны идет, а кадры мы ценить так и не научились.
   - Ну, рядовой, ты, конечно, чеченец? - спросил Мурадымов очередного доставленного