о
  
   Прошло полтора года с тех пор, как Дута Эдиев украл белого арабского скакуна и тут же потерял его. Тогда он пошел к шихам, но те послали его искать пропавшего бесследно коня. Дута провел зиму и встретил весну в горах. Не найдя коня, он пошел искать отшельника Атабая, который ушел от шихов, обвинив их в духовной измене.
   Дута нашел его пещеру уже зимой по следам на снегу. Из самодельного лука он подстрелил улару - горную индейку, чтобы не идти к старику с пустыми руками. Перед узким входом в пещеру он положил свою добычу, встал на колени и стал ждать. Ждал он долго, пока солнце не стало заходить за Черные горы.
   Тогда из пещеры вышел старый Атабай. Дута Эдиев с трудом узнал в иссохшем, в длинной паутине седых волос некогда крепкого старика Атабая.
   - Ассалам алайкум, воккха стаг! - сказал Дута.
   Но Атабай не ответил обычным приветствием. Он равнодушно посмотрел на тоже здорово изменившегося за это время, худого, оборванного горца и спросил:
   - Ты все еще бродишь по горам, Дута? Надеешься найти истину?
   - Я все еще хочу найти белого скакуна, воккха стаг, - ответил Дута. - Истина же, знаю, живет в этой пещере.
   - Нет, Дута, ты ошибаешься. Истина лежит у входа в эту пещеру, - Атабай показал на мертвую индейку. - Птица была жива, теперь она мертва. Вот и вся истина. Что же ты стоишь на коленях в снегу?
   - Я хочу просить у тебя прощенья, мудрый Атабай, за то, что я не пошел тогда с тобой.
   - Попроси прощенья лучше у этой индейки, которую ты убил. Я же не сержусь на тебя. Тогда я говорил в сердцах, значит, сам был не совсем прав. Надо было просто молча уйти. К чему были крики и слова?
   - Атабай, я не пошел с тобой. Теперь я стыжусь своего поступка. Но я так верил шихам, а их было много, а ты один.
   - Тогда тебе надо пойти к язычникам, потому что у них много богов, а у нас всего один.
   - Мне стыдно...
   - Встань, Дута. Мне трудно двигаться.