, который полулежал на оттоманке в ожидании обеда.
   - По-ваварски. Ахмаз научил.
   - И что же это означает?
   - "Красивая девушка", Дмитрий Иванович. Дочка хозяйская Агашка - как есть берцини яс! По нашему - баская ясонька. Похоже... Попросил вот у нее немного муки, посмотрел: вылитая берцини яс.
   - А ты языковед, Федька...
   - Все вы меня обзываете! То людоедом, то языкоедом, - ворчал слуга, накрывая на стол. - А я с голоду буду умирать, а язык говяжий есть не буду. Как их люди едят, да еще похваливают. Не пойму я этого вкуса! Длинный, серый... Тьфу, нечисть!..
   Вечером поручик застал другую картину.
   В углу на тюфячке сидели голова к голове Федор с Ахмазом. Перед ними лежал раскрытый "Робинзон Крузо".
   - Вот, Ахмаз, гляди, - говорил Федор, тыча пальцем в гравюру, - это Робинзон охотится на горных козлов.
   - Ва! - с чувством выдыхал горец, что-то еще говорил со множеством "х" и "щ".
   - А это он собирает виноград. Гляди! Научился на острове. У вас в ауле собирают виноград?
   - Ва! - опять говорил Ахмаз, красноречивым жестом подкрепляя свои слова.
   - А это, полюбуйся, дикари пляшут голыми вокруг костра. Не веруют ни в Христа, ни в Аллаха. Людей кушают, как мы овечек и барашков...
   Эта картинка вызвала целую бурю эмоций у горца. Он заскрипел зубами, затряс руками и заговорил быстро и страстно, но непонятно.
   - Да ты не кипятись так, Ахмаз! Не переживай. Я же тебе рассказывал, что дальше-то случится. Сейчас я пролистну... Так. Видишь, Робинзон из ружья палит? А тут, глянь, с шашкой бежит. Порубает их, гяуров, поверь уж мне. Давно эту книгу читаю, все уже наизусть знаю. А вот опять перечитываю.
   - Робинзон - джигит! - Ахмаз ткнул пальцем в картинку и махнул рукой, точно шашкой.
   - Еще бы не джигит! - соглашался Федор.
   Глядя на эту сцену, Басаргин вспомнил слова доктора о молодых нациях. Как на иллюстрации к детскому журналу, два