е высоким призванием, по-иному мыслящие. Он
  ис­кренне думал, что не подходит им в компанию, и считал: его дело --
  строить мосты.
   Накануне первого появления на новой работе он тщательно чистил и гладил
  свой единственный ко­стюм. В тесной комнате коммуналки, где он жил, стояло
  щербатое зеркало, оставшееся от прежних хозяев, и он то и дело невольно
  видел свое рас­терянное лицо.
   "И с таким-то жалким лицом в райком", -- не­ожиданно подумал он и вдруг
  понял, чем отличается его новая работа от прежней. В мостост­роении не имело
  значения, как выглядишь, держишься, какие у тебя манеры, каким тоном
  от­даешь распоряжения, важно другое, единственное -- инженерная
  компетентность, знания, без которых моста не построишь.
   Нет, он и тогда не считал, что только в этом основа его новой работы; в
  ней, как и во всякой другой, наверное, полно своих премудростей, даже
  таинств, ведь связана она с живыми людьми. Его природный, цепкий ум ухватил
  что-то важное, он это чувствовал, хотя и не понимал до конца. Всю оставшуюся
  часть дня, отложив заботу о вещах, про­вел в раздумьях у зеркала и уяснил,
  что ему следует выработать свое "лицо", манеру, походку. Утром, ког­да
  Махмудов впервые распахнул парадные двери рай­кома, он уже не был растерян,
  как накануне, вошел твердым, уверенным шагом, с гордо поднятой го­ловой, в
  жестах чувствовалась правота, сила, убежденность. Со стороны казалось:
  такому человеку лю­бые дела по плечу, он весь излучал энергию.
   Пулат Муминович вглядывается в