оркома передали в таксопарк на баланс черный "ЗИМ"
  -- наверное, получили но­вую машину, быть может, новую модель "Волги". "ЗИМ"
  служил горкомовскому начальству лет семь, но поскольку находился в одних
  руках, для таксо­парка вполне годился. Претендентов на машину ока­залось
  хоть отбавляй, но тут Ахметшин как бы выручил руководство, снял проблему.
  Отдать ма­шину орденоносцу-краснофлотцу проголосовали и в парткоме, и в
  профкоме.
   С Севера Закир приехал при деньгах, попал в удачливую артель, а там,
  если подфартит, за год можно заработать больше, чем в иное время за десять
  лет. Заработком своим он ни с кем не делился, хотя и рисковал головой. Это
  сейчас всерьез начинают говорить о рэкетирах, а рэкет существовал всегда,
  только не имел звучного иностранного оп­ределения. Еще до армии ему, тогда
  зеленому пар­нишке, врезалась в память одна сцена.
   Как-то он оказался в "Тополях" задолго до тан­цев, от нечего делать
  решил заглянуть в бильярдную. В дверях бильярдной наткнулся на старших ребят
  с Форштадта. Со многими из них у Закира сло­жились натянутые отношения,
  потому что он, как молодой волк-первогодок, определял свое положение в
  форштадтской стае, а тут позиции просто так не сдавали. Но сегодня он не
  узнавал задиристых пар­ней -- они словно сопровождали высокого офици­ального
  гостя и, как всякая свита, ловили каждое слово худого бледного парня в
  тесноватом босто­новом костюме.
   Закир не знал Османа Турка, но слышал, что тот со дня на день
  освободится из тюрьмы.