она и
  Арипова и опять же не принимал на веру: уж слишком смахивало на байки о
  диком Западе, да и прослеживался почерк итальянской мафии, хотя
  присутствовал и местный колорит.
   Рассказывают, что некий Абрам Ильич, препо­даватель одного из вузов
  республики, частенько по­падал в вытрезвитель, -- имел он слабость к
  спирт­ным напиткам. Человек тихий, интеллигентный, он исправно платил за
  милицейский сервис, не дебо­ширил. Иногда обходилось и без штрафа -- звонили
  из высоких инстанций, и загулявшего доцента на той же машине, с почетом,
  доставляли домой. Но с годами у доцента стал портиться нрав.
   -- Знаете, кто я такой?! Узнаете -- ахнете! -- стал говорить он своим
  старым знакомым, работникам медвытрезвителя, знавшим преподавателя как
  род­ного: и какое белье он носит, и какие носки пред­почитает, и чем
  похмеляется по утрам.
   Однажды пожилой майор, начальник этого спец­учреждения, устав
  уговаривать расшумевшегося Аб­рама Ильича, сказал: ну ладно, расскажи нам,
  кто ты.
   Абрам Ильич, поддерживая одной рукой спада­ющие штаны, ремень на всякий
  случай там отби­рают, ткнув в потолок указательным пальцем с мас­сивным
  перстнем, гордо произнес:
   -- Я двадцать четыре раза доктор наук и сорок восемь раз кандидат!
   Двадцатичетырехкратному доктору наук майор самолично налил рюмочку из
  личных запасов и уложил спать.
   В следующий раз Абрам Ильич вновь стал до­казывать, кто он, и снова
  майор согласился выслу­шать распетушившегося клиента --