еряла, что он уже три дня не брал в рот спиртного, страдая болями в
  желудке. Боли болями, но экспертиза установила наличие алкоголя в крови и
  желудке погибшего, могли и влить бутылку водки -- типичный прием, когда
  со­вершают преднамеренный наезд...
   Ночь подходит к концу. Пулат Муминович знает, что сегодня уж точно не
  уснуть, не пытается он даже прилечь, собираясь встретить своего шофера
  Усмана бодрствуя. Он хочет переключиться на се­годняшние дела в колхозе
  "Коммунизм": решили на горных склонах у Карасу, неподалеку от его любимого
  моста, разбить тридцать гектаров виног­радника -- семья Ахмаджановых просит
  сдать ей эту землю в аренду на десять лет, а руководство хо­зяйства
  противится: заранее подсчитало, какие боль­шие деньги заработают арендаторы,
  если дело пойдет у них на лад. А оно наверняка пойдет, потому что жив еще
  дед Ахмаджановых, Бозор-ака, крепкий восьмидесятилетний старик. Чудом он
  сохранил у себя во дворе какой-то редкий и урожайный сорт лозы. Кроме него,
  пожалуй, в районе из-за хлопка и не осталось настоящего виноградаря, а отец
  и дед самого Бозора-ака испокон веку славились в крае богатыми
  виноградниками.
   Пулат Муминович считал долгом лично поддер­жать многодетную семью
  Ахмаджановых: и лозу возродить в районе, и людям дать почувствовать
  утраченное чувство хозяев земли. Туго идет арен­дный и семейный подряд в
  районе: не верит народ из-за бесконечных шараханий, что очередная затея
  всерьез и надолго. Говорят, мы своим потом