Раимбаевым-младшим. Помощника полковник довез только до ближайшей остановки,
  а сам прямиком махнул в Ташкент, вы­жимая из "Волги" невозможное: знал, что
  завтра же могут выйти на него. Приятель из Верховного суда оказался дома,
  полковник объяснил, что к чему, и вдвоем они поспешили к молодой женщине,
  снаб­дившей бланками и печатями. Повод для визита имелся -- обмыть удачную
  операцию и вручить ос­тавшуюся часть оговоренной суммы -- пять тысяч. Чтобы
  усыпить бдительность соучастницы, банков­скую упаковку пятидесятирублевок
  вручили сразу и уехали пировать за город. Там, на природе, после выпивки ее
  и убили, а труп сожгли. Не оставили никаких следов -- что и говорить, опыта
  полковнику не занимать, да и человек из Верховного суда раньше преподавал
  криминалистику будущим следователям.
   "Может, столь ранний визит из-за Раимбаева и исчезнувшей женщины из
  Верховного суда?" -- про­бегает у Халтаева лихорадочная мысль.
   Махмудов окончательно освободился от страха и сомнений и поэтому сказал
  спокойно, как обычно:
   -- Я думаю, полковник, вам известно, что след­ственная группа,
  работающая в республике из Мо­сквы, предупредила: кто добровольно и искренне
  вернет неправедным путем нажитые деньги, будет избавлен от уголовного
  преследования.
   -- Значит, и до нас добираются, -- глухо роняет Эргаш-ака и мысленно
  радуется, что не с Раимбаевым связан приход Пулата Муминовича.
   Секретарь райкома, занятый своими думами, пропускает слова Халтаева
  мимо ушей.
   Начальник милиции не выносит