происхождение, столько лет
  прятался... Ну и люди пошли, так и норовят к партии примазаться...
   Шарофат удивленно посмотрела на него, затем отошла в сторону и, поняв,
  что Анвар Абидович не шутит, начала так смеяться, что выронила из рук
  пиджак.
   Смеялась Шарофат красиво, кокетливо запроки­нув голову, придерживая
  полы разъезжавшегося ат­ласного китайского халата. Смех хозяйки дома сбил
  его с толку, и он, внезапно успокоившись, спросил мирно:
   -- Я сказал что-нибудь смешное, милая? -- слу­чались у него и такие
  переходы.
   Шарофат подошла к нему, обняла и сказала:
   -- Если бы ты мог видеть и слышать себя со стороны, наверное, умер бы
  со смеху, -- ты пылал таким праведным гневом, никакому Смоктуновскому такое
  не удалось бы...
   -- Да, я как коммунист искренне возмущен: та­ким, как Махмудов, не
  место в наших рядах, -- завелся он вновь.
   Шарофат улыбнулась и, сдерживая смех, сказала:
   -- Анвар-джан, ну ладно, Пулат Муминович чу­жеродный элемент, сын
  классового врага, но ведь и ты не прост происхождением -- об этом все знают.
  Тилляходжаевы -- знатный род, белая кость, дворяне, так сказать, князья --
  только за родословную я по­любила тебя девчонкой.
   -- Да и впрямь я как-то о себе не подумал, -- растерялся Наполеон, но
  тут же нашелся: -- Но я ведь специально не скрывал от партии своего
  про­исхождения, и моего отца не расстреляли как врага народа, слава Аллаху,
  умер в прошлом году в своей постели. И вообще -- Тилляходжаевы есть
  Тилля­ходжаевы,