тийный вожак мнит себя
  столь сильной лично­стью, что однажды, выступая в большом рабочем
  коллективе, сказал, что, мол, я получил от вас со­циалистические
  обязательства на будущий год, где вы, обращаясь в обком, называете меня "наш
  Ле­нин". Нескромно это, товарищи, не по-партийному, хотя я и горд такой
  оценкой моей работы трудовыми массами. Говорят, слова секретаря обкома,
  потонули в громе аплодисментов, начало которым задали ком­мунисты. Умело
  запущенное в обиход, в сознание людей "наш Ленин" -- это тоже в пику
  первому, его не проведешь.
   Нет, Анвару Абидовичу раздоры между колле­гами, хозяевами областей, ни
  к чему, ему выгодно единоначалие, его задача крепить власть Верховного,
  вождя, а для этого и союз с Акмалем Ариповым, которого они между собой
  называют басмачом, тоже пока годится. "Если бы удалось стравить аксайского
  хана с каратепинским секретарем обкома, -- размеч­тался Наполеон, -- вот бы
  порадовался Верховный..." Но шансы тут минимальные, и мечта быстро гаснет.
  Конечно, предоставлялся верный шанс расправиться с Ариповым руками комиссии
  ЦК КПСС, но не­понятно, почему Бекходжаев спас любителя чисто­породных
  скакунов от верной гибели: в пику Вер­ховному или, наоборот, по его просьбе?
   Может, понимали, что, развенчав легенду о вол­шебном хозяйственнике, о
  его "семи этажах рен­табельности", подрывали миф о сказочной респуб­лике
  Узбекистан, витрине Востока, где все цветет и пахнет и труженики каждый день
  едят плов и танцуют андижанскую польку?