о кандидатах! Вот я и сделал репортаж!
   -- Этот жанр называется иначе! -- взвилась Лизавета. -- Это панегирик!
  Касыда! Если бы твой наниматель был восточным сатрапом, за такую оду он бы
  набил тебе рот золотом.
   -- Достойная форма оплаты, -- опять отвлекся от "Империи" Саша. --
  Только не самая выгодная для Саввы. У него рот маленький, и защечное
  пространство невместительное.
   -- Ничего, лиха беда начало, аппетит приходит во время еды, а мускулы
  лица тянутся легко и быстро.
   Савва надулся и сразу стал похож на младенца первого года жизни --
  серьезного и сосредоточенного.
   -- Может, он мне и не платил.
   -- Тогда ты клинический идиот!
   Савва секунду подумал, пришел к выводу, что лучше быть подлецом, чем
  дураком, и решился на полупризнание:
   -- Ты сама говорила, что понимаешь тех, кто подхалтуривает, что нам так
  мало платят... И...
   -- Говорила и еще раз повторю. Только я не говорила, что надо выпуск
  поганить.
   -- Да у нас таких сюжетов выходит по две штуки в день!
   -- Не в мою смену, Савва. А ведь я тебе доверяла. Не думала, что семена
  журналистского цинизма, брошенные в твою душу не очень давно, попадут на
  такую унавоженную почву...
   Савва -- вероятно, по молодости -- слегка балдел от красиво
  составленных фраз. Было видно, что он судорожно ищет достойный ответ
  Чемберлену в юбке.
   -- Как излагает, как излагает! -- Саша Маневич всегда выбирал простоту
  и не боялся избитых слов