щербины, дыры и провалы -- это частности, а если не обращать
  внимания на частности, в остальном все было хорошо.
   Солнце -- самый большой во Вселенной сторонник равенства -- радовало
  богачей и бедняков, эмансипированных дам и настроенных на домострой
  мужичков, сплетничающих старух и хулиганистых мальчишек.
   Сославшись на солнечную погоду, директор компании "Перигор" Игорь
  Кокошкин предложил Лизавете прогуляться, а заодно и побеседовать. Когда она
  позвонила в компанию имени Талейрана и спросила господина Кокошкина, тот
  подошел моментально. Он словно ждал ее звонка. Едва Лизавета представилась,
  тут же закричал "Да, да, конечно, знаю", немедленно согласился встретиться и
  даже не спросил, зачем он вообще нужен ведущей теленовостей. В целом, вел
  себя как очень отзывчивый товарищ, прямая противоположность своему другу,
  буке и забияке Целуеву.
   Лизавета появилась на углу Восстания и Невского точно в срок, в
  половине одиннадцатого. Господин Кокошкин уже поджидал ее.
   Он действительно не походил на коллегу и приятеля. Высокий, плотный
  шатен, некрасивый, с грустными глазами бассета, косолапый и неуклюжий в
  своем мешковатом костюме, будто специально сшитом "вне моды, вне времени и
  вне страны". Но абсолютными антиподами они с Целуевым не были. Обаятельная
  улыбка и проникновенный, заглядывающий в душу взгляд -- вот что выдавало в
  двух товарищах представителей одного клана.
   -- А вы в жизни гораздо обаятельнее, чем на