нают, какие горячительные
  напитки пьют аборигены и за какую футбольную команду болеют. Разведчики
  выясняют расклад политических карт, советуют, с кем из местных бонз
  встретиться, кого обласкать, кого проигнорировать. Вполне серьезные
  разработки. Ну и частности -- к какому монументу цветы, на какой улице
  спонтанная остановка и так далее.
   -- И так далее. -- Лизавета лукаво улыбнулась. -- Монотонная работенка.
  Этакий политический маркетинг...
   -- Да, что-то в этом роде. Заказ основного претендента -- хороший
  заказ, денежный. Да и вообще, в Москве основные деньги крутятся, -- вздохнул
  глава компании "Перигор".
   Все петербургские предприниматели -- и те, кто занимается программным
  обеспечением, и продавцы позолоченных унитазов -- при каждом удобном случае
  с неподдельной завистью поминают московские финансы, московские контракты и
  легкую столичную бизнес-жизнь. Поставщики предвыборных советов, как
  выяснилось, не исключение. На фоне подобных вздохов и стонов забавными
  выглядят грезы о превращении губернского Санкт-Петербурга в международный
  банковский центр и связанный с этой метаморфозой невиданный приток
  капиталов. Метаморфоза, которая после жалоб деловых людей кажется не более
  реальной, чем превращение Дафны в дерево, а Адониса -- в гиацинт.
   -- Вы так выразительно вздыхаете. Неужели Целуев допущен к московскому
  пирогу?
   -- Конечно! Я, пожалуй, добавлю коньячку. Вы как?
   -- У меня еще осталось