ик понимать, что такое внутренняя политика? На сей счет есть
  разные мнения..."
   -- Салтыков-Щедрин! -- чуть не дуэтом выкрикнули Лизавета и Сереженька.
  Все знали любовь Ланы Верейской к чиновному сатирику, и все знали, что Савва
  -- любитель "знаковых" цитат, которыми была пересыпана речь Светланы
  Владимировны. Время от времени он приносил ей в клювике еще какую-нибудь.
  Так подрастающий птенец радует мамочку, притаскивая червячков.
   -- Да, Щедрин! -- Савва поправил галстук, стряхнул носовым платком
  предполагаемую пыль с пьедестала, на котором уже рядком сидели режиссер и
  Лизавета, и устроился рядом с ними. Невзирая на строгий костюмчик.
   Сереженька и Лизавета, вынужденные по долгу службы одеваться корректно
  и следить за тем, чтобы гладкие лацканы английского покроя пиджаков и
  воротнички рубашек и блузок, не дай Бог, не помялись, обменялись
  завистливыми взглядами. Они оба уставали следить за своей внешностью,
  осанкой и одеждой. А делать это было нужно, иначе пришлось бы без передышки
  отвечать на звонки чопорных старушек, недовольных тем, что в кристальном
  петербургском эфире появляются столь вульгарно одетые или неопрятные
  личности. Работа журналиста -- это прежде всего беготня и суета. А когда
  бегаешь, стараясь не растрепать прическу или не замарать крахмальные
  манжеты, утомляешься в два раза быстрее.
   Именно поэтому Сережа одевался насколько возможно комфортно. Он носил
  вещи по принципу "белый