нняя политика?
  Есть разные мнения. А мы талдычим ему и талдычим про нее, про политику, про
  внутреннюю...
   Сраженная цитатой, Верейская не могла не согласиться:
   -- Кто же спорит, снимаем черт знает что! Но я-то с какой стороны? Даже
  если бы и хотела другое показать, то вот он, мой расклад. -- Она картинно
  взмахнула листком, на котором были расписаны корреспондентские выезды. --
  Есть ли тут что эпохальное? Один опять же мэра снимает. Другой в музей
  направился. Репортеры великие! Вот испытания какие-то на полигоне под
  Сертоловым. Эта штука не то в Дубаях на выставке была, не то ее американские
  шпионы пытались украсть. Туда Лидочка поехала. Еще в семь утра, давно должна
  была вернуться. Ну так разве эта маркитантка теперь от военных отцепится?
   -- А я люблю военных, военных дерзновенных, -- тихонько запел
  Сереженька.
   -- И этот вот раскапризничался, мол, не хочу очередного кандидата. А
  как я могу в этой куче навоза найти жемчужное зерно? И вообще, почему я,
  старуха, должна за вас, молодых, энергичных, работать, да еще и с
  начальственными указявками бороться? Сами бы и бунтовали. А то хуже
  глуповцев. Те хоть изредка падали на колени и кричали "не хотим горчицы, не
  приемлем". А вы, как зомби, все приемлете. Свинки морские, а не журналисты!
   -- Паситесь, мирные народы!
   Вас не разбудит чести клич.
   К чему стадам дары свободы?
   Их должно резать или стричь... --
   меланхолично произнесла Лизавета.