и
  экстравагантной. Гигантский бежевый ковер на полу, метров сорок квадратных
  чистейшей, нежнейшей шерсти. Вдоль стен узенькие приступочки, обитые мягкой
  кожей или очень качественным кожзаменителем. Именно на них присели четверо
  крепких парней, четыре богатыря -- шеи мощные, чуть не по полметра в
  обхвате, разворот плеч, если мерить по-русски, -- косая сажень, грудь, само
  собой разумеется, колесом, ноги как колонны портика Казанского собора, брови
  низкие, взгляды сумрачные. Бандиты да и только, но одеты максимально
  скромно. Никаких костюмов "Пума" и "Адидас", золотых цепей, кожаных курток и
  просторных слаксов. Никаких костюмов тройка с люрексовой ниткой. Джинсы,
  тонкие шерстяные свитера. И все четверо напоказ без оружия.
   Они встретили Лизавету и Савву Савельева у входа в школу
  телохранителей. Лизавета немедленно окрестила всех четверых -- три богатыря
  и Салават Юлаев. Поскольку трое обладали определенно славянскими чертами, а
  четвертый -- чернявенький, но не кавказец и не китаец -- мог быть и
  татарином, и башкиром, и мордвином.
   Именно чернявый внимательно оглядел Савву, потом перевел взгляд на
  Лизавету и, видимо, удовлетворившись визуальным осмотром, кивнул, приглашая
  войти. Пройдя небольшой коридорчик, который Лизавета толком не разглядела
  из-за темноты, они оказались в просторной и светлой комнате.
   В центре, образуя правильный четырехугольник, стояли два дивана и
  четыре кресла бежевые, как и ковер.