лучшее" принес банку "Голд". Лизавета насыпала кофе в чашки. Они пили
  кофе вместе так часто, что спрашивать, кому какой, нужды не было. Лане --
  послабее и с сахаром, Маневичу подавай очень крепкий -- три ложки и одну
  сахара, а Савва любит средний и сладкий, хотя и говорит, что предпочитает
  крепкий и без сахара.
   -- Ваш кофе. -- Лизавета протянула чашку Лане.
   -- Спасибо. -- Верейская зазвенела ложечкой. -- Так вот, я знаю, что
  это не подделка, я верю, что все эти квартиры, миллионы, фиктивные заказы,
  взятки и прочее -- чистая правда. Но, может, это -- простая человеческая
  ошибка. Ошибся человек, и все. Бывает? А вы теперь на костях пляшете. --
  Лана с торжествующей улыбкой оглядела присутствующих и дотронулась губами до
  кофейной чашки.
   -- Политик -- как сапер: не имеет права на ошибку, -- мрачно улыбнулась
  Лизавета. -- Политическая смерть ничуть не привлекательнее настоящей.
   -- А если одна ошибка, и все? -- упорствовала Лана.
   -- Да тут же не одна! Посмотрите... Он ведь настаивает на своих
  правах... -- возмущенно выкрикнул Маневич и собрался зачитать вслух особо
  эффектный фрагмент. Савва не дал ему закончить:
   -- И вообще неизвестно, когда он ошибся. Может, когда в ЗАГС пошел...
   Лана, да и Лизавета оценили его загадочную улыбку.
   -- Хорошо, политики ничуть не лучше саперов. А вы не задавались таким
  вопросом -- почему именно сейчас Саше выдали эту информацию?
   -- Потому что выборы, -- невозмутимо ответила