й!
   -- Нет, не надо, -- попытался остановить ее Саша Маневич. -- Лучше
  скажи, что ты ищешь.
   -- Телефон главного конкурента Целуева. Мне его дала наша социологиня.
  И вот -- либо я его потеряла, либо он дома остался... Боже! Идиотка, ведь
  все лежало на поверхности, он мне прямо сказал про учителя по сценодвижению,
  а я ушами хлопала, как бассет-недоросток! И что теперь делать?
   -- Позвони домой. -- Саша Маневич умел быть рассудительным.
   -- Думаешь, в ее бумажках бабушка разберется?
   -- Бабушка в Москве, -- машинально ответила Лизавета. Ее строгая
  бабушка разрывалась между любимой дочкой, переехавшей в столицу к новому
  мужу, и любимой внучкой.
   -- Тогда лучше сразу звонить Людмиле. У меня где-то был ее телефон. --
  Савва достал свою пухлую записную книжку и вскоре продиктовал Лизавете
  номер. Она тут же начала щелкать кнопками.
   -- Алло, добрый вечер, Людмилу Андреевну будьте добры... Добрый вечер и
  извините за поздний звонок. Просто я потеряла телефон вашего однокурсника,
  Игоря Кокошкина... Что... В больнице?... Какой ужас... Нет, конечно, не
  знаю... А где? Спасибо, и еще раз извините за беспокойство.
   -- Что, инсульт? -- спросил Савва, едва девушка повесила трубку.
   -- Не юродствуй. Его кто-то избил до полусмерти. Сотрясение мозга,
  изуродовано лицо, поврежден глаз, он в Георгиевской больнице.
   -- А кто? Что?
   -- Неизвестно. -- Лизавета посмотрела на пригорюнившегося Маневича. --
  Меня Людмила спросила,