а полулысой голове, победу
  в напружиненных мышцах рук и ног. Как олицетворение победы и выбрала этот
  снимок Лизавета. Но сейчас даже от него веяло поражением.
   -- Ага, видеоаппартура на месте, и компьютер тоже! -- Оперативник
  прошел следом за Лизаветой.
   -- Не могу сообразить... -- Лизавета наткнулась глазами на ворох
  собственного бельишка, валявшийся в центре комнаты, и совсем обессилела.
  Кто-то с липкими руками и глазами ворвался в ее жизнь, в жизнь ее бабушки,
  кто-то копался в ее белье и в бабушкиных девичьих письмах, проверял, какие
  файлы она прячет в компьютере, рассматривал косметику в ванной и лекарства в
  аптечке.
   Косметика -- Лизавета, если могла, покупала английскую продукцию -- и
  ее собственные украшения были рассыпаны рядом с письменным столом. Она
  нагнулась к коробочкам.
   -- Тоже вроде все на месте. Да здесь и не было ничего особо ценного...
  Хотя нет, кое-что пропало. Вот сережки из Венгрии, серебряные, остались, а
  кольца, тоже серебряные, я в Португалии покупала, исчезли. Еще набор
  бижутерии был... В сущности, пустяки, все вместе долларов сто... Не больше.
  Конечно, для меня это дорого -- воспоминания о путешествиях, о людях... --
  Лизавета присела на корточки и принялась складывать бранзулетки в коробочки,
  потом повернулась, чтобы поставить их на стол. -- Ой, нет, вот кольца, они
  под стол закатились... Не знаю... В целом все на месте...
   -- Значит, ничего не пропало. Тогда в чем же состав преступления?