ь, -- бросил реплику крепыш.
   Лизавета терпеть не могла подобные псевдомногозначительные
  высказывания.
   -- Так и сказать, что в данном случае ваши подозрения безосновательны!
   -- Не уверен. Кто может изъять кассету из архива?
   Лизавета промолчала.
   -- Я все равно знаю! Ваше руководство! -- Он победоносно подмигнул. --
  И репортаж могут изъять, и любую другую кассету из архива! А вот вы бы свой
  материал не отдали. И Маневич бы не отдал! Так?
   Отвечать не хотелось. Отчасти, только отчасти милиционер был прав. У
  них и правда были случаи бесследного исчезновения видеоматериалов.
  Сотрудники, беседуя шепотом, подозревали кое-кого из начальства. Но бежать с
  подозрениями в милицию? Фи! Однако крепыш с челкой говорит очень уверенно --
  неужели кто-то из своих проболтался?
   Впрочем, Лизавета очень сомневалась, что к погрому причастны их же
  телеруководители или те, кто решил любой ценой защитить лицо, пострадавшее
  от их репортажа. Разоблачение, что называется, состоялось. Задний ход
  включить невозможно. Можно подать в суд. Тогда там потребуют видеоматериалы.
  Их пропажа, разумеется, доставит начальству несколько неприятных мгновений.
  Но в конце концов Маневич смотается в Москву и снова побеседует со своим
  следователем. Коль дело существует, снять его второй раз -- не вопрос.
   Можно, конечно, предположить, что дела не существует, а репортаж,
  следователь прокуратуры, материалы, допросы, расшифровки телефонных бесед