сех
  нервы на пределе. Точнее, не у всех, а только у тех, кому не удалось еще в
  юности заразиться инфекцией со звучным названием "пофигизм", переболеть,
  выздороветь и в результате избавиться от собственно нервов и от
  неприятностей, с ними связанных.
   Лидочка, дитя века, вплыла в Лизаветину комнату горделиво и медленно,
  словно римская галера, входящая в гавань давно покоренного италийского
  городка.
   Сегодня утром Лизавета и Лана Верейская долго перебирали подготовленные
  корреспондентами и службой информации темы. Горячая пора, за каждой темой и
  каждым сюжетом -- выборы, выборы и еще раз выборы.
   Забастовка учителей -- с призывом к кандидатам в президенты. Круглый
  стол, посвященный налогообложению, -- с советами, адресованными
  потенциальному президенту. Медицинский форум -- та же история, плюс просьбы
  всяческих даров и пожертвований больницам, детсадам и богадельням. Все
  культурные мероприятия, выставки, концерты и спектакли -- почти без
  исключений -- организованы теми или иными политическими движениями. Даже
  крутой, лохматый и бородатый авангард, устроители хеппенингов и
  перформансов, развешивали утюги на Дворцовой площади или гудели пожарными
  сиренами на Алексеевском равелине Петропавловской крепости не просто так, а
  за "своих" претендентов, выбираемых по принципу наименьшего рейтинга.
   "Петербургским новостям", в соответствии с распоряжением вышестоящего
  начальства, было строго-настрого