Такие или почти такие стоны можно было услышать сейчас почти во всех
  редакционных комнатах "Петербургских новостей", в телевизионной кофейне, а
  также около близлежащих пивных ларьков и в придворных кафе и барах.
  Творческие и технические сотрудники стонали, прихлебывая кофе, чай, коньяк,
  пиво, мартини или джин с тоником.
   -- Ладно еще учил бы только переживать! -- печально сказала Лизавета.
   -- Что значит "ладно еще"! -- Саша гордился своим умением снимать
  трогательные или пламенные сюжеты. -- Я не хочу идти в ученики или
  подмастерья!
   -- Самое печальное, -- продолжала Лизавета, пропустив последнюю реплику
  мимо ушей, -- это эксперимент над новостями как таковыми. Он пишет о
  принципиально новом подходе к информации, о новой новостийной технологии!
  Причем имеет в виду не собственно технологию, которая определяется техникой,
  -- не о спутниках и тарелках, не о цифровых камерах и монтажных идет речь.
  Речь идет о "подходе". -- Лизавета и в эфире умела играть голосом, превращая
  обычное слово в насмешку, сейчас это вышло особенно удачно. -- Все равно что
  изобретать по новой велосипед или колесо. В принципе, любой человек со
  средним и при этом "очень средним" образованием может обосновать что угодно,
  да так гладко, что профаны будут балдеть и тащиться, да еще выложат за это
  миллиарды. Вспомните, больше двух лет академики твердили, что никакой
  красной ртути нет и быть не может! А сколько было желающих экспортировать
  сей