Кто-нибудь из тех, с кем она провела ночь.
   Дина схватила телефон и позвонила на почту.
   - Серафима, здравствуй. Это Дина Рубахина.
   Симочка, извини, что так внезапно, но у нас переменились обстоятельства. Да, да. Вика собирает материал для следующей книги, а потому хочет почитать письма своих поклонниц. Буду очень тебе признательна, если ты... Спасибо, Симочка. Большое спасибо.
   После Вадима Виктория месяц не выходила на улицу. Пережитое помогло ей иначе взглянуть на мир: в новой книге прибавилось горечи и испытаний, а финал, украшенный как всегда счастливым концом, прозвучал настолько убедительно, что Виктория сама готова была поверить в его возможность. Новая книга отправилась в редакцию, и Вика, улучив момент, когда мать вышла из дома, сбежала, оставив ей записку: "Не жди меня к обеду".
   Разумеется, записка должна была сказать Дине гораздо больше. "Я взрослая, мне самой решать", - прочла она между строк. Ей оставалось только ждать возвращения дочери, ждать и молиться, чтобы все обернулось без сюрпризов. И она молилась, но наверняка молилась недостаточно и неумело, потому что именно эта вылазка Виктории оказалась роковой и переменила всю их жизнь.
   Молодой человек, с которым Вика познакомилась на дискотеке, казался прямой противоположностью Вадиму: легкий, как майский ветерок, он уже после второго танца предложил ей "посмотреть его коллекцию марок", лукаво добавив, что если она, конечно, предпочитает марки обручальным кольцам. Вика предпочитала "марки". Он усадил ее в новенькую "девятку" и повез к себе.
   Они ехали двадцать минут, и Виктории казалось забавным, что они двигаются в направлении ее дома. А когда машина остановилась, она не сразу решилась выйти: молодой человек жил в соседнем доме. Его подъезд хорошо просматривался из ее окна. Виктория замерла на мгновение, выпорхнула из машины и тут же вошла в подъезд.