и перезвоните мне через неделю.
   Слышите? Ровно через неделю...
   ...Господин Амелин - маленький круглый человечек с лоснящейся лысиной на затылке - откупорил бутылку коньяка, чтобы достойно завершить трудовой день. Пока наливал, затрещал телефон, и он поморщился: ясное дело, звонила Зоя. "Вот ведь не жена еще, а уже пасет почище самой законной", - пронеслось в голове Амелина, и он не торопился взять трубку. Коньяк обжег горло, ароматными парами пошел по телу. Амелин ответил.
   - Вячеслав Анатольевич, вас Зинаида Николаевна.
   - Давай, - буркнул он в трубку. - Слушаю.
   - Котик, это я.
   Зинаида говорила преувеличенно мягко. Ей так не терпелось занять место Кати в его роскошном особняке, что она, позабыв об осторожности, ежедневно донимала Амелина расспросами о том, что скоро ли завершатся сборы и будет заказана машина. Если бы "котик" позволил, то она непременно заявилась к нему домой собственной персоной и помогла бы Катьке упаковать вещи, лишь бы ускорить процесс. Собственные пожитки она упаковала еще неделю назад и жила, что называется, на чемоданах.
   - Извини, не займу у тебя много времени, - прощебетала Зинаида, прощупывая почву.
   Но почва сегодня была зыбкая. Котик не ответил, не сказал, что "все его время принадлежит теперь ей одной", как было в прошлый раз, а лишь тяжело засопел в трубку. Зинаида почувствовала опасность. Пожалуй, сегодня не нужно начинать разговорно переезде. Но вопрос на кончике языка вертелся так рьяно, что сорвался сам собою, не взирая ни на что (на решение хозяйки).
   - Котик, она еще не выехала?
   - Нет, - в голосе Амелина сквозило раздражение.
   - Ах, милый... - вздохнула Зинаида. - Долго ли тебе ее еще терпеть?
   - Не плачь, - бросил он довольно резко. - Выедет, куда денется. Сегодня я встречаюсь с адвокатом по поводу развода. Вроде бы она не станет подавать на раздел