то тебя предостеречь.
   Он вопросительно посмотрел на сына, Вадим вопросительно - на него.
   - Мне кажется, у тебя проблемы, - начал Андрей.
   - Никаких, - пожал плечами Вадим. - Наши дела как никогда...
   - Я не о делах. У тебя личные проблемы.
   На этот раз тон был не вопросительным, а утвердительным.
   - С чего ты взял? - поморщился Вадим.
   - Ты прекрасно знаешь, сколько стоят цветы, за которыми ты ездишь к Евгении. Обычной девке, - это слово он словно выплюнул, - ты не стал бы делать таких подарков. Я слишком хорошо тебя знаю. Значит... - Андрей поднял глаза и обшарил Вадима взглядом. - Неужели любовь? - Он удивленно поднял брови.
   Вадим молча смотрел на отца. Не в его правилах было задавать вопросы. Если его что-то беспокоило, то через несколько часов он обычно знал об интересующем его предмете все.
   - Тебе не кажется, что эта твоя любовь как-то очень.., затянулась?
   Вадим не ответил. Признать, что ты в чем-то проигрываешь, пусть временно, но безусловно проигрываешь, да еще перед отцом, было выше его сил.
   - Два года добиваться женщины. Нет, я отказываюсь понимать тебя! Когда мне сказали, я не поверил своим ушам.
   - Отец, я не намерен говорить на эту тему. - Вадим повернулся, чтобы выйти.
   - Ты не намерен говорить, но намерен гробить людей, рискуя быть разоблаченным?
   Вадим остановился в дверях и болезненно поморщился.
   - Раз ты все знаешь...
   - Сядь, - приказал Андрей и Вадим подчинился. - Я знаю даже больше, чем ты. Мальчишка! Неужели она свела тебя с ума настолько что ты утратил не только разум, но и интуицию.
   Глупый ребенок, который заладил: "Хочу игрушку! Дай игрушку!" Если уж тебе нужна именно эта... "игрушка" - поди и возьми ее. Нечего разводить церемонии. Жизнь слишком коротка, чтобы тратить годы на подобные игры. К тому же ты стал хуже работать.
   - А вот