бывает, не должно быть. А оно берет и.., совершается на твоих глазах. Что-то случается. И тебе уже не забыть...
   - Ты наслушался историй Марты о том, как он гасит свечу на расстоянии? Сходи в цирк. Там и не такое увидишь. Я не понимаю, как ты, человек здравомыслящий...
   - Ты не все знаешь. Однажды я встретил его... Тип, шатающийся вокруг дома, да еще пристающий с разговорами к жене, не давал мне покоя. Если бы кто-то из местных, я бы махнул рукой. Но парень был из Москвы, а значит его не обведешь вокруг пальца как здешних. Да и что ему могло быть нужно от Марты? Если обычный стукач, зачем ему плести небылицы про Бога и про этот необыкновенный знак... Я пропадал в лесу несколько вечеров. Ружье висело на плече, и рукой я придерживал ствол, чтобы было сподручнее вскинуть в любую минуту. Я звал его "сказочником" и убеждал себя, что он просто морочит голову людям. Как твой Сенечка. Хотя до такого и Сенечка бы не додумался: Бога он лицезрел, видите ли, и мало того, Господь сподобился оставить ему на бумажке автограф, взглянув на который люди сходят с ума...
   - Что-то я не понимаю, какой автограф? - перебила Евгения.
   - Знак, начертанный на клоке бумаги. Если ты достоин - знак наделяет тебя необыкновенными способностями. Если нет - сводит с ума или убивает...
   Евгения рассмеялась. Хохотала до слез, бормоча извинения, а потом сказала:
   - Вот ведь что значит всю жизнь людей дурить! Сам в чудеса верить начинаешь! Прости, но...
   - Ты помнишь того человека, которого я нашел как-то в запертой больнице?
   Евгения наморщила лоб и помотала отрицательно головой: нет, она ничего не помнила. Она хранила свои воспоминания о той поре, свои радости. Явь и наркотический бред переплелись настолько плотно, что теперь трудно вычленить какой-то отдельный эпизод...
   - Я тоже тогда смеялся. Но помнил о реальном человеке, неизвестно как