. Может быть, он внесет ясность.
   Виктория вздрогнула.
   - Кого?
   - Вам, я думаю, лучше знать.
   Вике стало дурно. Она знала лишь одного человека, который должен был сюда прийти после нее...
   - Выпустите меня! - вскочив с кресла, потребовала Вика. - Иначе я...
   Протасов горько усмехнулся.
   - Вы сейчас так похожи на мою жену, - в сердцах сказал он. - Она тоже вот так мечется, когда я запираю ее. Даже взгляд такой же... Если бы вы могли видеть себя со стороны!
   - А зачем же запирать бедную женщину? - огрызнулась Виктория, дергая дверную ручку.
   - Потому что за бутылку убить готова.
   А вы, кстати, за что готовы убить? В чем ваш пунктик?
   Виктория замерла у двери. Все, что происходило здесь в последние полчаса, не укладывалось у нее в голове. Бред какой-то! То Сан Саныч, теперь вот о жене что-то... Мысли лихорадочно скакали, не оставляя надежды понять что-то важное. Виктория закрыла лицо руками, чтобы сосредоточиться.
   Протасов иначе растолковал ее жест:
   - Ну-ну, - сказал он, - только этого не нужно. Не выношу женских слез.
   Он подошел к Виктории, отстранил ее от двери и повернул в замке ключ.
   - Все, - объявил он, - свободны.
   Но Виктория не торопилась уйти. Она не понимала как, но чувствовала, что случился какой-то подвох. Произошел сбой, что-то не так, не то... Она закрыла дверь на ключ и спросила:
   - Что вы там сказали о своей жене?
   - Не ваше дело. - Протасов повернулся к ней спиной, складывая в портфель бумаги.
   - Она пьет? Может быть, жизнь заставляет?
   Протасов посмотрел на Викторию без улыбки.
   - Болезнь заставляет. Она - алкоголичка.
   Все, уходите. Мне тоже пора.
   - Нет, - быстро сказала Виктория, - вы не можете уйти.
   - Это почему?
   - Вас убьют.
   Протасов обалдело посмотрел на Викторию, сел на краешек стола и принялся