сделали. А главное, я же говорила: ребенок живой. Вот поймали бы
  вас - и все. Не было бы ребеночка. Но до конца я все поняла, когда вчера, то
  есть на следующую ночь, после вас, роженицу привезли. Врачей не было, я сама
  роды приняла. Представляете, первый раз в жизни! Оксанка уже спала на ходу,
  ну, медсестра, с которой мы дежурили. Она вообще-то акушерка, впрочем, не
  важно. Так вот. Родился мальчик, здоровенький такой, хорошенький. Я как
  представила, что такую же кроху могли загубить, - мне жутко стало. Потом
  отнесла его в детскую палату, а там пусто. Он - единственный. Ни одного
  младенца. Я и подумала - не так что-то в отделении.
   - Вы сказали: "Я до конца все поняла", - напомнила Лена, - что именно вы
  поняли до конца?
   - Ну, на самом деле я, конечно, преувеличила. Я почти ничего не поняла. Я
  сейчас все время Думаю, голову ломаю: кому и зачем все это было нужно?
   - Вам кто-то поручил вернуть мне вещи?
   - Нет, никто не поручал. Я сама. Случайно журнал купила, увидела вашу
  фамилию. По вашему телефону никто не отвечал, я позвонила главному
  редактору, и секретарша сказала, вы сегодня будете на работе. А вещи я ведь
  сама едавала под расписку, мне их кладовщица и отдала. Я сказала, мол,
  больная выписывается. Она и проверять не стала.
   - Простите, Валюша, я вас перебью. Можно, я включу диктофон, и вы
  подробно, по порядку расскажете все, что произошло на ваших глазах той
  ночью?