Он ведь все вместе с вами
  переживает, даже голоса слышит. Может, не правда, конечно, про голоса, но
  что переживает это точно.
   - Знаете что, милые дамы, - неожиданно вмешался молчавший до этого Гоша,
  я сейчас пойду, чаю нам всем принесу, а потом выскажу вам очень интересную
  мысль, которая только что пришла в мою глупую голову.
   Он вернулся через пятнадцать минут с подносом, на котором стояли три
  чашки с горячим чаем, блюдце с кусочками сахара и лежала нераспечатанная
  пачка печенья.
   - Я сама не понимаю, - говорила Валя, - ну, ошиблись, допустили
  халатность. Никто не хочет отвечать. Но зачем понадобилось вас потом
  разыскивать? Почему вдруг уволился Симаков?
   - Минутку, милые дамы! - Гоша поставил поднос на журнальный столик и
  сделал ораторский жест рукой, призывая к тишине. - Около года назад видел я
  по телевизору один сюжетец. В прямом эфире выступал некий деятель, фамилии
  не помню, и рассказывал о препаратах, которые производятся из нерожденных
  детей. То есть из плодиков, извлеченных в середине беременности. Там еще
  используется эта, как ее? Ну, мешок, в котором ребенок живет.
   - Плацента! - подсказала Валя.
   - Во, правильно, плацента. Я запомнил этот сюжет потому, что ведущий, уж
  не помню кто, пытался перевести разговор на нравственную сторону этого дела
  и призывал звонить телезрителей, высказываться. Мне стало интересно, что
  скажут телезрители. Так вот, звонков