вадцать
  две недели, можно определить.
   Врач, молодая элегантная женщина, молча смотрела на мерцающий экран.
  Потом отошла к столу, стала что-то быстро писать.
   - Мне можно одеваться? - робко спросила Лида.
   - Да, конечно, - вскинула на нее искусно подведенные светло-карие глаза
  докторша.
   "Ведь она наверняка моя ровесница, - подумала Лида, - а как хорошо
  выглядит. Стройненькая, волосы шикарные. А я..."
   - Садитесь, пожалуйста. Как вы себя чувствуете? Тошноты, головокружения
  нет?
   - Да вроде все нормально, - пожала плечами Лида.
   - Сейчас давление измерим, а потом поговорим. - Голос у докторши был
  низкий, грудной. Она смотрела на Лиду спокойно и внимательно.
   - Ну, кто там у меня? Неужели опять мальчик? - Лида попыталась заглянуть
  докторше в глаза, когда та наматывала ей на руку ленту аппарата.
   - У вас ведь четвертая беременность? Детишки здоровые?
   - Здоровые, - кивнула Лида.
   Она чувствовала терпкий запах дорогих духов докторши, и что-то в этом
  запахе было неприятное, тревожное.
   - Скажите, что-то не так?
   - Давление у вас нормальное. - Докторша размотала ленту, убрала аппарат.
   - А ребенок?
   - Дело в том, Лидия Всеволодовна, что ребенок ваш... В общем, нет
  сердцебиения.
  
  ***
  
   Когда ее усадили в машину, она заплакала. Слезы текли и текли; она даже
  не обратила внимания, что машина - обыкновенный зеленый "жигуленок", без
  красного креста.
   Сидя на заднем