рь ее квартиры, прежде
  ободранная, обита панелями мореного дерева. Позвонив, она услышала шаги.
   Ее долго разглядывали через глазок. Наконец дверь открылась. На пороге
  стоял жирный кавказец в одних трусах.
   - Захады, кырасавыца, гостым будышь! - сказал он, что-то жуя и окидывая
  Свету с ног до головы наглым оценивающим взглядом.
   - Где хозяйка? - мрачно спросила Света, не
   Переступая порога.
   - Ны знаю. Я зыдес живу!
   - Давно?
   - А ты кыто такая? - Кавказец уже прожевал, игривая улыбочка сползла с
  его круглой физиономии.
   - Это моя квартира, - вежливо объяснила Света, - я здесь прописана, здесь
  живет моя мать. Где она?
   - Какая мать? Нычиго ны знаю! Я купыл кывартыру!
   Искушение вмазать по небритой лоснящейся физиономии было велико, но
  Света, конечно, сдержалась. Ну, вышвырнет она сейчас этого кавказца вон, а
  что дальше? Ясно, что квартира куплена незаконно. Скорее всего мать допилась
  до полного одурения, подписала каким-то жуликам генеральную доверенность, и
  они умудрились как-то решить вопрос с прописанной в этой квартире, но
  пропавшей неизвестно куда дочерью.
   В принципе можно было пойти законным путем, обратиться в милицию.
  Ситуация настолько очевидна, что никаких вопросов не возникнет. Никаких,
  кроме одного: куда-де исчезла Света на эти два года? Но именно из-за этого
  единственного вопроса законным путем идти не стоило.
   Прежде чем принять какое-нибудь решение,