ю,
  отодвигать от стены было опасно.
   Луч фонарика медленно скользил по подвалу. Пока он был далеко, но
  приближался. Раздался шорох, потом грохот. Скорее всего они намерены
  осмотреть здесь каждую щель. Но подвал очень большой, и это дает шанс.
   Лена вспомнила любимый телесериал своего детства "Семнадцать мгновений
  весны". Там тоже обыскивали подвал, и героиня с двумя младенцами спряталась
  в канализационном люке. У Лены был всего один младенец, причем в животе, а
  не на руках. Но не было люка, не было времени найти его, открыть и
  спрятаться - если, такое вообще возможно.
   Быстро и бесшумно она вскарабкалась на ящики и сжалась в комок под самым
  окном. Окно было освещено луной так, что подними они головы - увидят ее
  силуэт. Дождавшись очередного грохота швыряемой в разные стороны рухляди,
  Лена открыла окно. Прямо за ним была узкая каменная ниша глубиной около
  метра. Прикрыв окно снаружи, она уселась на дно ниши, усыпанное сухими
  листьями.
   Было холодно, стучали зубы, колотила дрожь. Сквозь чуть приоткрытое окно
  она слышала грохот мат и опять тот же запах табачного дыма. Они стояли под
  самым окном, возле ее конструкции из ящиков. Лена слышала каждое слово.
   - Смотри, здесь окно. Кто это так постарался ящики аккуратно сложил,
  тряпками обмотал? Может, там что ценное лежит? Может, старушка Зотова еще и
  наркотой приторговывает?
   - Брось, и так ей хватает. Много ли бабульке